Останься только на время - Лина Мур

Вздыхает и, поджимая губы, откидывается в кресло.

– Мы с Тиной ждём пополнение. Примерно через восемь месяцев!

Свист мужчин и визг девушек. Они поздравляют пару, обнимают их, даже Даррен оставляет Шай одну. А я, как и она, остаюсь на месте. Смотрю на деревянную поверхность и сжимаю руки в замок под столом. Понемногу всё утихает, и гости приступают к еде. Кусок в горло не лезет. Они обсуждают будущее, рассказывают, кто где побывал, спрашивают у Аарона по поводу премьеры. Чувствую себя лишним, когда мужчины уже прилично выпивают по две бутылки пива. А я воду. И она не притрагивается к еде, которую ей положила Тина на тарелку. Только потягивает газировку со льдом. Исподлобья наблюдаю за ней. Солнце садится, опуская на нас ночь. Шай не поддерживает беседу, она даже не отвечает, когда у неё что-то спрашивают, только взглядом приказывая не трогать её.

Уверен, что она хочет быть в другом месте, как и я. Но мы продолжаем сидеть, даже когда ребята включают громче музыку. Столик пустеет, она болтает с Тиной. Хотя нет, это Тина болтает, а она односложно отвечает. Читаю по её губам. Отпивает напиток, и капельки задерживаются на губах. Кончиком языка подхватывает их, а я, чёрт возьми, смотрю на это. И, наверное, это самое эротичное, что видел в жизни. Всё тело сводит. Дерьмо.

Встаю и подхватываю свой бокал с водой. Отхожу подальше от шатра и в пятнадцати метрах замечаю океан, который до этого даже не разглядел. Не понимаю, что здесь делаю. Мне следует уехать, а я не могу. Смотрю на блестящие в свете месяца мелодичные волны, и даже мыслей нет.

– Мне кажется, она меня ненавидит, – раздаётся шёпот Даррена рядом.

Поджимаю губы, и хочется сказать ему, какой придурок. Не нужен он ей. Никто ей не нужен, а особенно такой, как он.

– И как тебе вечеринка? – Продолжает он.

– Нормальная.

– У Тины было два выкидыша до этого, и для них это очень значимо. Шай находилась всегда с ней, а Аарон на съёмках. Это ещё происходило, когда он был моим.

Не знаю, что ему ответить. Ненужная информация, и он выпил, видимо, раз его потянуло на такие разговоры.

– Он постоянно был вместе с Шай, я ревновал её, поэтому отказался от Аарона. А через месяц он женился на Тине. Ты думаешь, он спал с ней?

– Вряд ли. Он влюблён в свою жену, это заметить можно даже невооружённым глазом, – поворачиваю голову, наблюдая, как Аарон целует Тину, и она обнимает его.

– Они счастливы, – вновь смотрю на океан.

– Да. А ты? Забыл уже свою сиделку?

– Полностью. Планирую время для Лорейн, – киваю сам себе и делаю глоток воды.

– Шай, – Даррен толкает меня в бок, и я перевожу взгляд на фигуру в тёмном, направляющуюся к берегу.

– Тебе следует пойти за ней, – советую ему.

– Не думаю…

– Ты долго будешь так вести себя? – Грубо произношу и поворачиваюсь к Даррену. – Ты ноешь, рассказываешь о том, как влюблён в неё, но ничего не делаешь. Боишься. А она всего лишь женщина. Чёртова женщина, которая гоняет на мотоцикле и имеет власть над Роксборро. Хочешь её, так пойди и возьми.

– Ден…

– Что? Ты стоишь здесь, вместо того, чтобы пойти к ней и поговорить. Не дать ей уйти, схватить за руку, да даже поцеловать. Что тебе мешает? Ничего. Тебе или врежут по морде, или же ответят. Рисковать нужно. И я рисковал часто, обходил контракт с бывшим агентом, чтобы заработать. Без риска не бывает ничего. Засунь свой страх в задницу и пойми у кого яйца, – поворачиваюсь и возвращаюсь к столу. Зло ставлю стакан с водой и подхватываю бутылку пива.

Внутри всё кипит от ярости. И я не пойму, откуда такие эмоции. Кому они предназначены. Пожар в голове и теле. Делаю большой глоток и закрываю глаза. Ничего он не добьётся. Никогда. Уверен. Потому что не для него она. Чужая. Одинокая. Он её никогда не поймёт, а она его не примет. И не моё это дело. Не моё, и точка. Хватит думать о ней, обо всех них, потому что чем больше такие мысли появляются в голове, тем глубже затягивает меня в её мир. А он страшен. Неизвестно что произошло тогда, восемь лет назад, отчего её родители отказались от неё, а она от них. Почему так стремится забрать свою сестру и что ещё скрывает. Никто не знает, кроме меня, что она всё же, грустит. Чувствую это. Её чувствую, хотя не должно было так всё обратиться. Определённо, снова упустит ту грань, за которую переступать не следовало. Это мой минус. Он огромный и вновь привёл меня к тупику, из которого нет сил искать выход.